в олеге жили два поэта
один поэт писал стихи
про море про мечту про мачты
второй завидовал ему
а страшный суд совсем не страшный
сказал с улыбкой сотона
и все в ответ заулыбались
и даже мёртвые и те
нужны качели чтоб качаться
и прочей радостной возни
но дьявол шепчет мне на ухо
лизни
три эх считают очень быстро
два жаль не понял до сих пор
один за что меня судили
топор
я волк но вегетарианец
а то что стал немного тощ
так что ни бабка то репейник
то хвощ
в костюме члена очень жарко
к тому же тесно и олег
рукой перебирает ворот
то отогнёт то вновь загнёт
живет в горах забытый всеми
отшельник много тысяч лет
и каждый день орла седого
он кормит печенью с руки
в моё поношенное тело
вселился злобный организм
он ездит в теле на работу
и им же делает её
давно давненько не был дома
в морях затерянный моряк
стоит в ночи его печальный
маяк
крадутся звуки изза двери
ползут к ногам из чорной зги
промозглыми руками гладят
мозги
осколком солнца режу вены
по каплям выпускаю смерть
был мертв теперь наполовину
на треть
позвольте вдруг воскликнул виктор
и тут же как то сразу сник
а зинаида николавна
уже позволила почти
джордано пятновыводитель
купил и солнышко протёр
остатки выплеснули позже
в костёр
муму забрасывая в воду
сверяясь с ритмами волны
герасим радостно считает
блины
на море лунная дорожка
и в ней запутавшись пловец
жестикулирует руками
и что то сам себе кричит
олег не приходя в сознанье
с женой законной брак расторг
уговорил двух медсестричек
и в морг
гигроскопичная оксана
вмещает триста литров слез
и под тяжелым взлядом мужа
мгновенно фонтанирует
пускай мы с тобой не друзья не родня
но всё таки в чём то похожи
вот ты на меня не похожа и я
тоже
каспаров смотрит на фигуры
на старой шахматной доске
где конь и слон жираф и заяц
безумный водят хоровод
философ если очень трезвый
во всем готов найти изъян
но мир прекрасен если сыт он
и пьян
весна идет по чорным лужам
в брильянтах битого стекла
в окурках мокрых ищет тайну
тепла
пора жары и сенокоса
и тел крестьянок молодых
возжаждав толпы львов гуляют
толстых
крупье по кольцевой пускает
вагоны серые метро
качусь и я до остановки
зеро
олег забыл что значит время
и если смотрит на часы
то исключительно в надежде
увидеть снова цифру семь
я мог бы стать пингвиноводом
но не исполнилась мечта
без ласт и смокинга наружность
не та
когда на горизонте парус
испанский видел френсис дрейк
пел йохохо потом срывался
на брейк
семён крадётся осторожно
на полусогнутых ногах
а следом на прямых аркадий
ведёт его на поводке
попалша чорштвый штоматолог
как врач шкажу я вам не ах
к тому же шильно жаштревает
в жубах
туман висит клочками плоти
на ребрах водосточных труб
холодным тленом гладит нежно
мой труп
листая времени страницы
не видим строк впадаем в раж
и прочитать не успеваем
тираж