у ясеня что ты срубила
я даже спрашивать боюсь
на черепах приходят к власти
чтоб кушать суп из черепах
бывали дни когда внезапно
случались с нами чудеса
мы позволяли им случиться
и отряхнувшись дальше шли
когда в зобу дыханье спёрло
проверь возможно это сыр
орёт как резаный быть может
анестезию всё же дать
я не пойму смутился умный
ща объясню сказал дурак
руфь на вступительном в скульптурный
слепить горбатого смогла
так проникновенно
смотрит бомж с холста
что в музей приходят
тяпнуть с ним полста
из уст в уста передавали
что вирус может быть в слюне
почернело поле
кружит вороньё
то что осень сказка
полное враньё
вяло депрессивно
жизнь моя течёт
а менять теченье
нет желанья чёт
секреты зубы разжимают
и сильно тянут за язык
в расстрельном списке купидона
был много лет но выживал
просыпаюсь ночью
и хочу понять
тянет встать покушать
или сесть пожрать
глеб протирает водку спиртом
чтоб можно было из горла
почаще пропускай рюмашку
учил нарколог алкаша
мне жаль но я всего лишь гений
и вряд ли вас смогу понять
забыл на кухне курьи ножки
и те пошли коту под хвост
глеб осознал что ритм сменился
с три раза в ночь на шесть раз в год
я пики трефы бубны черви
усвоил раньше чем букварь
у твари утвари нет в доме
чтоб тварь другая не взяла
я сволочь но недаром люди
порядочная говорят
с кроватью рядом холодильник
даёт возможность есть во сне
хорошо прививку
игорь перенёс
появились жабры
провалился нос
давайте тихо веселиться
закроем дверь потушим свет
и лица спрячем улыбаясь
в подушки мокрые от слёз
ситцевое платье
носится в жару
без тяжёлой тани
ветром по двору
что я несу смутилась сумка
закрыв на молнию свой рот
сколь неожиданны бывают
сюрпризы счастье и понос
с годами стал любить прохладный
спокойный ветер перемен
аркадий смыл случайно в душе
слой счастья со своей души
и вытирался полотенцем
уже несчастным и больным