я вовсе им не интересен
ни людям ни таким как я
сказал амур погладив стрелки
на старомодных брюках клёш
я ваще как персик
только сливой нос
и арбузнодынный
у меня видос
не смел аркадий бить прохожих
лишь потому что был несмел
весною всё зазеленело
на свалке от зелёных мух
не хватило духу
сдув столетий пыль
вновь собраться с духом
и открыть бутыль
юмор вырывает
из души тоску
и поверь всю вырвет
но по волоску
вновь стреножил ветер
своего коня
и жарой накрыло
город и меня
мы во дворе козла забили
и сразу разожгли мангал
вбежав в землянку первым делом
старик отбросил всякий стыд
и сходу засадил старуху
за штопку порванной сети
её ай кью всех поражало
своей двузначной простотой
берёг он оба но однажды
в борьбе задело правое
площадь трёх вокзалов
солнцем залита
а в душе аль бано
и феличита
вы все в лесу своём тупые
дразнил сучки воздушный шар
летают в воздухе идеи
осталось только их поймать
кронпринц взаймы дал свой кронциркуль
макрон измерил свой микрон
открыть глаза не мог с похмелья
а тесть стал сука отпевать
начало не подозревает
что и ему придёт конец
чего пришла и так тут тесно
ворчал на гору магомет
хорош валяться тут без дела
иди работать дармоед
и отворив плечом дверь в спальню
втащила мужа на кровать
бежал за поездом и впрыгнул
в летящий под откос вагон
придя домой илья отвлёкся
на запах свежего борща
и не заметил возле спальни
чужие брюки и носки
глеб жахнув водки в рост поднялся
взмахнул рукой крича за мной
и добежав до поля с луком
занюхал там и закусил
он был отпетым негодяем
на собственных похоронах
детей с отцами миллионы
а вот конфликт у всех один
с петлёй на шее ждал а люди
поглядывали на часы
моё ай кью с твоим общаясь
сползло в двузначное число
я не дарю тебе родная
который год своей любви
и ты ничуть не обижаясь
привычно ходишь на панель
давай не здесь замялась юбка
сейчас и здесь давил утюг
всю жизнь завидовал тем людям
кто не умел завидовать
крутыми яйцами несушка
попала в книгу гиннесса