вхожу в подъезд сырой и страшный
в нем тьма хоть выколи глаза
и наношу кому то вилкой
предупреждающий удар
вениамин ушол из жизни
но смерти так и не нашел
и бродит пятую неделю
в чужых пугающих местах
смеяна ржот вторые сутки
а женихи из разных стран
застегивают нервно брюки
краснеют и выходят вон
нас жизнь учила и учила
а мы хотели перемен
но жизни длинные уроки
не прекращались ни на миг
малыш малиновое солнце
рисует маме на полу
ладошкой нанося варенье
на терпеливый холст ковра
дарю тебе кувалду боря
но ты не спрашивай меня
зачем тебе она а просто
прими подарок и забей
грудной ильич едва родившись
из тесной люльки лезет прочь
для революции любимой
освобождая колыбель
уже темно приходит время
илье покинуть этот мир
ключей болтов соседей пьяных
закрыть гараж идти домой
гигантский червь ползя по миру
вгрызается в земную твердь
а после в океан ныряя
впивается в морскую жыдь
несется мимо скорый поезд
в котором снова нет тебя
и машинист меня увидев
дает короткие гудки
вениамин суровой ниткой
олегу пришивает хвост
чтоб эволюцию олегов
попробовать направить вспять
вениамин сейчас не дома
и кто б ни постучался он
сквозь дверь закрытую об этом
открыто честно говорит
мальчонка подбегает к маме
с лицом в слезах с рукой в говне
рука в говне мешает слезы
ему стереть с лица в слезах
вениамин в ладонях держит
зухры последнее письмо
и чувствует как остывают
когда то теплые слова
срубил коня срубил две пешки
срубил ферзя срубил ладью
и на ладье гребу подальше
от этих неспокойных мест
вениамин кота хоронит
в вонючем левом сапоге
и правый невонючий тоже
в могилку тесную кладет
судьба олега незавидна
но всеж нашелся человек
с судьбою менее завидной
и позавидовал ему
страшней бобра не видел зверя
он сатанеет на цепи
стою и в страхе наблюдаю
как исчезает конура
подходит к глебу незнакомец
в футболке белой а на ней
написано евгений крупно
и представляется олег
неловкими руками солнце
малыш рисует на полу
несмело нанося варенье
на холст персидского ковра
петру пора и он поспешно
с себя снимает зульфию
трусы и шляпу надевает
уходит в ночь через балкон
конезавод пыхтит в три смены
повсюду яблок аромат
и кони в яблоках на складе
и весь конвейер в яблоках
вениамин запел смуглянку
и с тихих улочек москвы
потоки темнокожих женщин
лавиной хлынули к нему
глеб растворился в океане
и научился проплывать
на зависть промысловым рыбам
в ячейки тесные сетей
олег в компании спокойно
два литра водки выпить смог
и быстро беспокойно третий
пока все вышли покурить
истошный крик разрезал полночь
в образовавшуюся брешь
из темноты олег ворвался
а следом игорь с топором
олег втянул ноздрями воздух
но глеб успел его схватить
и не взирая на протесты
успешно вытянуть назад
олег колдун подумал игорь
и этим объяснил тот факт
что он всегда поносил страшно
когда олега поносил
в час пик в метро по марсиански
евгений выкрикнул привет
на крик мгновенно обернулось
сто двадцать восемь марсиан
олег в иваново въезжает
одной рукою крутит руль
другой кольцо на пальце крутит
но не снимаеца никак