в травмпункт лягушка обратилась
и ни жива и ни мертва
в спине стрела и надпись питер
москва
у нас в колонии пингвинов
царит колониальный гнёт
кто в смокинге тот значит пальцы
и гнёт
раздула бедная татьяна
письмо евгению в разы
а ведь набрасывала кратко
без зы
пытались вместе жить чтоб чувства
большие разглядеть вблизи
а утром под окном стояло
такси
лежу расслабленный у моря
ноздрями втягивая бриз
глоток шампанского и вот я
игрист
пока бьют тысячи орудий
из туч наполненных свинцом
наш дом затих вооружившись
винцом
сняла на пляже топик зоя
солнцезащитные очки
и у мущщин пообгорели
зрачки
профессор плейшнер вышибает
оконный переплёт с ноги
а там уже бушует море
тайги
откуда в лужах эти звёзды
спросил седой космополит
ему кричат не видишь космос
пролит
ночь восхитительная штука
конечно если с потолка
в глаза не сыпется вам штука
турка
прошу винить в моей болезни
тово тово и вон тово
а вон тово винить не надо
тот во !
садко лабал ещё б неделю
но тут какого то рожна
на гусли тихо опустилась
княжна
кот прилетев во львов из омска
под возгласы вот это да
вильнул хвостом и превратился
в кита
ты братец здесь сгущаешь краски
сказал куинджи левитан
потом подумал и добавил
и там
спросил у моцарта сальери
а чой то вдруг григорий лепс
стал нагло отнимать у плебса
наш хлебс
ушёл в себя и не вернулся
письмо читая интроверт
оставив так и нераскрытым
конверт
навстречу мне по коридору
шло симпатичное пальто
и я надел пошло уж если
на то
бывает в ссоре анатолий
возьмёт супругу за грудки
но те блаженные минутки
редки
в углу мешок тряпьём набитый
возвысился как исполин
живой свидетель и хранитель
пылин
старик закидывает невод
а всё выходит ерунда
поскольку рыбку не поймать без
пруда
так наигрались детективы
эркюль мисс марпыл марш в кровать
агате кристи вашей рано
вставать
не ныл не плакался в безмузье
куприн ни дамам ни друзьям
а шёл и черпал вдохновенье
из ям
хоть это выглядит нелепо
уверен даже у крота
есть недалёкая слепая
мечта
барон мюнхаузен и троцкий
под мясо фрукты и бурбон
смогли свернуть за вечер горы
в рулон
мне книгу жизни подарили
так до сих пор и не прочёл
а кто прочёл уже не скажут
про чё
олег родился в новой жизни
огнеупорным кирпичом
хотя в лице не поменялось
ничо
когда пилот глядит на битый
но восстановленный болид
местами радостно местами
болит
в спокойной гавани тоскливо
прокашляв старый капитан
команду дал подать для бури
стакан
ивану сдуру захотелось
вселенской славы от судьбы
и он побрёл к хозяйке медной
трубы
у павла плюс у ольги минус
шесть у неё а он с семью
ничто вобще не предвещало
семью