я лоб у икон разбивал как дурак
и вдруг прослезился всевышний
тогда я и понял что это был знак
лишний
вчера всю ночь читал ремарка
сегодня думаю как он
слепая судьба наклонясь над стрехой
с какой то своею корыстью
по жизненным краскам проводит сухой
кистью
я запретил себе бояться
с тех пор как ты сказала да
и пью от счастья и дорогу
перехожу на красный свет
на то что в душе и в природе бардак
мир создан из неразберихи
наплюй ты уже мы с тобой как никак
психи
пока ты спишь приходит тихо
к тебе подглядывать в окно
в ночи развешивая звёзды
почти забытая весна
ты видишь уверенно долгую жизнь
как к счастью прямую дорогу
о планах своих поскорей расскажи
богу
каплями на стёклах
дописав роман
питерское утро
прячется в туман
ты говоришь что хочешь только
любви и рая в шалаше
и я не сразу понимаю
что это будет не со мной
за деньги только и возможен
твоей любви продажной пыл
я возмущён и презирая
купил
у внука на гулящих девок
уходят деньги как вода
а дед на лавочке при бабках
всегда
раз лестницу мне не осилить в борьбе
и выше парадной я не был
то вызову лифт и поеду к тебе
в небо
я однажды выпил
гречневый ликёр
а чего не выпьешь
ежели на спор
откроешь варенье там утро с дымком
и яркие краски рассвета
бабуля в него положила тайком
лето
даже не пытайся
выжить без меня
потому что дыма
нету без огня
вскачь летело время
цифрами звеня
у него сегодня
планы на меня
хоть людям подчас и без крыльев дано
стремиться мечтой к поднебесью
но жизнь приземлила их души давно
спесью
приклеивал намертво к корпусу гриф
гитары своей ленинградской
ругаясь что местное качество миф
градский
лишь состоявшись как учёный
я понял вся наука блажь
я молодой и перспективный
алкаш
я до утра сжигала письма
что мне писал когда то ты
и для меня теплом и светом
вдруг стали мёртвые слова
февраль притворяется новой весной
чтоб завтра с утра мы угрюмо
его опознав заглянули на дно
рюмок
дорога к успеху всегда тяжела
но даст фудзияма опору
поверив в удачу улитка пошла
в гору
весна о которой ты год напролёт
мечтал с неподдельным азартом
вдруг звякнет капелью и в двери войдёт
мартом
за правду сказанную прямо
обычно очень больно бьют
я в глубине души уверен
что мне с умом не по пути
и даже чувствую что мог бы
сойти
дверь в лето кот найдёт однажды
откроет и увидит вдруг
что в лето лишь одна дорога
она по радуге пешком
я ночью много обещала
сказала утром встав сова
и забрала у винни пуха
слова
я торговался очень долго
и наконец мне удалось
в кредит купить кусочек неба
на двадцать первом этаже
жизнь суровой ниткой
в безнадёжность дней
зашивает искры
творческих огней
здесь грезя белыми ночами
шаталась юность по дворам
и просыпалась в восемнадцать
утра