в лесу где все все все и винни
живут в борьбе добра со злом
иа успешно притворился
ослом
идти в науке запретил мне
учитель лёгкою стезёй
а мог смолчать и подавиться
нельзёй
поставьте лошадь новосельцев
я поняла уже вы принц
ты мог бы быть бахом играть для души
ты мог быть эйнштейном учёным
но раз ты малевич картину пиши
чёрным
кто с глагольной рифмой
написал стишок
тот совсем не пушкин
просто сукин сын
поручик ржевский не стесняясь
и светских сплетен не любя
на маскарад ходил в костюме
себя
мы кузнецы и дух наш молод
а паспорт помнит серп и молот
вновь лужи ждут листьев последний полёт
редеет небесная просинь
соседский шевчук из розетки орёт
осень
психотерапевт я
вижу по лицу
очень любит слушать
околесицу
ветер море солнце
люди и прибой
мне не интересны
если не с тобой
ты врал постоянно в итоге вранья
хватило с избытком на повесть
как вдруг из кустов выползает твоя
совесть
в читальный зал библиотеки
листать над пропастью во ржи
интеллигентные приходят
бомжи
а где то туман и залива прибой
и утро дождями умыто
всё помня молчат почему не с тобой
мы то
сентябрь добавляет в свой круговорот
туман у подножия сосен
и рыжим мелькает хвостом у ворот
осень
приносит осень бабье лето
а значит может и весна
явившись не спросясь однажды
мужскую зиму принести
что раньше скульпторы творили
с материалом и с душой
а нынче радуются глине
большой
ну вот сентябрь опять припёрся
хотя не звал его никто
сказал пегас и крылья спрятал
в пальто
полуденных крыш раскалённая жесть
свобода и вечное лето
я в детском саду думал всё это есть
нету
мне жизнь всё время обещает
как пряник сладкие харчи
при этом память постоянно
горчит
я долго деньги клал в копилку
и сбережениям был рад
но лишь разбив я понял ну я
мизмат
я приходил помятый утром
домой о подвигах трубя
и только к вечеру бывало
в себя
учитель музыки с баяном
меня такому научил
что рокерам такое просто
не снилось даже никогда
смогла девчонка из деревни
в столице многого достичь
ведь под рукой всегда был старый
москвич
без толку старуха всё утро осу
по дому гоняла заразу
войдя родион зарубил на носу
сразу
матрос бредёт с утра на камбуз
с эмалированным ведром
надеясь выяснить у кока
где ром
я очень часто был не к месту
вздохнул печально крокодил
когда в отделы чемоданов
входил
над спящими крышами города тишь
и с былью сплетается небыль
что утро готовит нам то знает лишь
небо
осень улыбаясь
ступит на порог
с красками которых
не нашёл ван гог
хоть пацанов растить непросто
упорства мне не занимать
вздыхая думал новосельцев
я ж мать
на тёплое море меня не зови
мне зонтик милее и свитер
дворы проходные и мой визави
питер