наслаждаюсь летом
больше нечем мне
ну и по субботам
истиной на дне
глеб проснулся ночью
в капельках смолы
снился глебу призрак
женщины пилы
накрывает поле
звездным колпаком
синий колокольчик
ты звонишь по ком
в кружевах деревья
небо и холмы
всем тепла и ласки
каждый день зимы
мы переступили
нищенский доход
оказались не над
оказались под
шёл декабрь вторую
из своих недель
нёс к своей могилке
с шариками ель
наповал сразила
новым лифчиком
а потом добила
старым личиком
ножка подкосилась
шляпонька дрожит
вижу у опушки
ведра и ножи
нечленораздельно
просит сонный муж
два контрастных кофе
и с корицей душ
вам меня не видно
но я здесь я есть
просто я как модно
обнулился весь
если бы не пела
не плясала я
то давно б зачахла
в доме муравья
сюртучок зелёный
спрятав на чердак
осень шьёт для клёна
жёлтый лапсердак
вот этот глеб ненастоящий
он пахнет ленкой и тоской
а настоящий пахнет мною
и фейерверком свежих чувств
физику настасья
знать нам надо ли
мы с тобой от счастья
в небо падали
мне снилось что на свете люди
не пьют не курят не едят
и только я грызу печеньку
и жду когда за мной придут
солнце жарит спины
ноги и усы
юбки у девчонок
выше чем трусы
превратить бы бомбы
в белых голубей
то тогда и небо
было б голубей
десять миллиардов
километров снов
до тебя и пара
в личке тёплых слов
белый хлебный ломтик
моего лица
солнцем как горчицей
обжигаецца
и за все берёзки
и за гой ты русь
я интеллигентно
но поднадерусь
солнышко пригрело
травку и кусты
в кошке под березой
жарятся глисты
я к тебе не лезла
ты не лез кажись
но помяты травы
юбонька и жизнь
все растерялись перед стартом
когда исус к нам подошел
спросил кому из вас победу
а я сказал давайте мне
не мечтай стать креслом
табуретом ок
чтоб товарищ в спинку
выстрелить не мог
ломит руки ноги
отвалился хвост
нет я не болею
разложился прост
цвет такой у листьев
будто соловей
утреннюю песню
спрятал меж ветвей
указатель к трассам
горнолыжным есть
влево страх жуть ужас
вправо просто жесть
безголовый всадник
встретил колобка
а куда пристроить
не поймёт пока
шёл серый дождь и мы молчали
молчали стены и вино
кровать молчала стиснув зубы
окно смотрело в небеса
хочешь сдать отлично
хоть богат хоть нищ
положи под пятку
преподу пять тыщ