наконец то дождик
капли ртом ловю
до чего ж приятно
это дежавю
на пасеке я пчеловодам
вчера про полис говорил
но создалося впечатленье
они не поняли меня
не спит ночами дядя фёдор
а потому что месяц март
на крыше пятый день матросит
их бард
давайте будем откровенны
мы происходим от макак
и временами сложно думать
не как
ильич когда его уборщик
метлой нечаянно кольнул
от неожиданности верти
кальнул
в холодном тёмном шумном месте
живёт угрюмый человек
один раз в год выходит к людям
в день двести пятьдесят шестой
говорил всем гоголь
между белых хат
что уже не моголь
жить страдат бухат
за жизнь набил посуды гору
а счастья не было и нет
кладет в лукошко землянику
простой маньяк ему в лесу
знакома каждая канавка
ручей ложбинка бугорок
начинай в субботу
говорить прости
добавляй эффекта
непритворности
олег гнал прочь мысль о продаже
своей машины марки заз
но вновь друзья преферансисты
глядят неласково в глаза
либида пламенем объятый
бежыт к оксане николай
но вдруг олег ему навстречу
без разрешенья прикурил
домой вернувшись на рассвете
жене сказал что был в плену
бывали дни когда внезапно
случались с нами чудеса
мы позволяли им случиться
и отряхнувшись дальше шли
вчера он ей всю жизнь испортил
но ночью снова починил
всë разнообразье
грязи и гомна
по весне прощаешь
чтоб влюбицца на
вещает старый математик
двум поэтессочкам про л о г
а р и ф м ы плавно превращает
в предлог
бигтэсти сквозь меня навылет
прошёл и вылетел говном
но навсегда остался в сердце
в сосудах в складках жировых
напрасно в мирную забаву
вы превратить хотели секс
я весь брутальный экстремальный
летальным будет наш роман
у глеба плавающий график
порой приходится нырять
бывало нежатся в постели
татьяна ольга и олег
но вдруг вбегает потный ленский
ага кричит я вас поймал
запоминай не повторяю
не ешь такие корешки
раз в месяц крови не пугайся
а муж твой будет скорпион
кочует праздничным обозом
отряд героев пирожков
с цветными лентами с медведем
с большим походным котелком
выносить собрался
из избы глеб сор
к личке зинаиды
двигая курсор
хочу узнать какого чёрта
ты делал в нашем гараже
похоже семьдесят шестого
уже
отец шаинский с сыном спорит
как обыграть последний такт
а дух шаинский ждет решенья
и в песенку вдыхает жызнь
слоноидальный шизофреник
при нападении слонов
стремглав выходит по привычке
в окно
как больно щиплются арфистки
фаготу плакался кларнет
евгений скальпелем вскрывая
грудную клетку достаёт
о боже золотое сердце
а это женя для тебя
многих море синее
ласковой волной
лишь прохлада белого
для меня одной