двадцать лет змеюку
на груди терплю
патамушта в загсе
ей сказал люблю
дым на горизонте
вьётся как змея
это курит трубку
бабушка моя
странный этим летом
ультрафиолет
шуба загорает
остальное нет
бабка в душе громко
исполняла поп
эмчеэс приехал
скорая и поп
весь запас на зиму
съел уже народ
только снег не жрите
он на новый год
нарисую мелом
я большой квадрат
чтобы вий об угол
снёс башку и зад
как то накопилось
слишком много дел
поднимать нет смысла
тазовый отдел
дождь пошёл не в десять
а полтретьего
ну какая ж гидра
эта метео
я рогат но это
происки жены
хвост же и копыта
самому странны
пахнут мандарины
праздником маня
пахнет всё на свете
но не для меня
ты пришла и лучше
стало в шалаше
правда не настолько
как гласит клише
я тебе художник
хлебушка несу
напиши на нём мне
маслом колбасу
помнишь как намедни
звал меня ты в лес
и в кустах малины
в душу мне полез
всё короче лето
всё длиннее ночь
каждый день короче
с каждым днём короч
маски маски маски
масочный режим
а давай с планеты
этой убежим
весело сияет
солнце в небесах
я иду не голый
я иду в часах
я на карантине
вот что осознал
ни к чему тарелка
вилка нож бокал
на поэта пишет
в органы жена
муза посещает
невзирая на
рифмы украшали
некогда стихи
а потом не очень
а потом совсем
рябчиков с шампанским
кушает буржуй
ну и ты пожалуй
что нибудь пожуй
белочка резвится
бегает прыг скок
где ж я эту белку
раньше видеть мог
офис пил в субботу
вот уже среда
но ещё сгорает
ёлка от стыда
я желаю счастья
пива и леща
первое потерпит
остальное ща
с целью суицида
вышла на балкон
глядь а под балконом
прынц и белый кон
глеб хозяин водки
если сомкнут рот
а когда разомкнут
то наоборот
в мои палаты постучался
митрополит руси всея
ему коленопреклонились
все я
предупреждать же надо сука
горнисту каменщик пенял
гляди чего я от испуга
наклал
в беременности катерины
совсем никто не виноват
и только лишь гардемарины
виват
а если пол менять захочешь
сначала крышу перекрой
бросает пить лишь слабый духом
нельзя сдаваться просто так