ищу уборщицу в квартиру
в газету пишет людоед
мечтает чтоб была потолще
чтоб стол чтоб секс чтоб чистота
по птицефабрике исуса
директор с гордостью ведёт
яичек качество и свежеть
исус отметил в микрофон
мы целовали труп невесты
потом пустили нас к живой
она уже не так кричала
и дожила аж до утра
в москве нельзя жить летом летом
в москве ужасная жара
повсюду пух и отключают
на три недели интернет
подходят к лужам гидрофилы
и в воду луж глядят они
а гидрофобы к ним спиною
стоят и прикрывают их
исус на гимнастёрке вышил
пацифик бусиками и
стоит в строю по стойке смирно
поёт шизгару про себя
когда ко мне пришла лягушка
я ел зелёную траву
точней не ел а поджигая
вдыхал её невкусный дым
я пищевая оболочка
граница тонкая миров
полмилиметра вашей жизни
у капсул красных с мышьяком
ты робот глупая машина
тебе машине не понять
как могут волновать закаты
и как покакать хорошо
исус сказал прости шарапов
в тюрьму я больше не могу
и побежал в венце по снегу
пилат кричит уйдёт уйдёт
прораб влюбился в поэтессу
известную решил стихи
ей написать а все смеются
бетон ей лучше подари
исусы ловко сбились в фирму
имеют вывеску и бренд
торгует снеками и пивом
один в палатке сатана
исус станком изящным новым
побрил подмышки и лицо
а сатана кровянит щоки
обломком лезвия нева
исус бухгалтерские курсы
закончил есть сертификат
а сатана недоучился
пошол работать на завод
исус всегда с полями шляпа
всегда гитара и усы
всегда побритый и без шляпы
и без гитары сатана
исус не очень много выпил
танцует шутит кавалер
а сатана не знает меру
лежит заблёван на полу
в пельменной два американца
к свободной кассе подошли
а им раздатчица смеётся
нет касса там в конце где чай
разврат по накладной оксане
послышалось на складе люстр
между коробок тень в проходе
манит оксану в глубину
исус в кредит приобретает
квартиру в пригороде рад
а сатана опять по съёмным
теряет вещи переезд
я макисус в моей корзине
не хлеб не рыба не вино
в моей корзине кокакола
бигмаки и картошка фри
минет зима весна и лето
тягучих одноликих дней
и на конец наступит осень
и вот опять опять минет
я умер гдето в прошлый вторник
считает николай в уме
решает записать но нечем
да ну и незачем уже
прозаик сетует поэту
рука устала говорит
писать и смотрит на поэта
поэт пытается шутить
геронтофилы не стареют
вдруг громко крикнул николай
и бросился через кордоны
в дом престарелых как герой
хирурги знают что у женщин
в спине не стержень а тоннель
не пальцы на руках а кольца
и яма вместо языка
стихи глухонемых другие
в них строчки все одной длины
а рифмой к цифрам триста восемь
конечно будет слово зов
оксана с мусором на двери
олегу вешает кульки
однажды принесла покупки
и их забыла на двери
а соус соевый хотите
уста оксаны говорят
скорее всовывай скотина
горит огнём в её глазах
маресьев воду пил из лужи
по форме как копытца след
и вдруг почувствовал как рожки
под шлемом лётчицким растут
и вдруг оркестр остановился
смычки над струнами висят
шаинский в зал сурово глянув
взял на рояле ноту до