накрыли весело два моря
глубокие не видно дна
одно солёное другое
вина
мазай сказал теперь горбатый
и по воде веслом хлобысь
и те кто сгорбиться успели
спаслись
под звуки русского шансона
вивальди моцарт вагнер бах
скрипя вращаются телами
в гробах
простите дамы и сеньоры
мы прерываем наш турнир
в одном из рыцарей заело
шарнир
люблю я в жизни ощущенье
что где-то точно чуду быть
вот знать бы где бы что бы сразу
тудыть
послушав все твои рассказы
я одобрительно молчу
и незаметно набираю
врачу
я сам не знаю как бы выжил
когда б из будущего я
сам на себя с такой любовью
с такою лаской не смотрел
в развалинах олега тихо
лишь изредка скулит окно
и эхо иногда доносит
зловещий шепот докторов
стоит паршивая погода
и дождь и снег и неба нет
паршивая овца в витрине
пророчит нам паршивый год
ходил в ломбард с ружьем отцовским
не взяли гады ружьеца
кассир мне денег дать хотела
чтоб я ушол и я ушол
олег нашёл в говне барсетку
а в ней таблетку и рецепт
там что то про любовь и вечность
олег читает замерев
зевс тоже вышел из европы
но слишком поздно и она
ему рожает радаманта
и сарпедона с миносом
уже неделю мамы нету
мы кушаем все тот же суп
чем ближе дно котла тем чаще
в нем попадается морковь
олег раздел свою хозяйку
и внес оплату за январь
поскольку чувствовал одетой
он недоплачивает ей
ой я нечаянно андрюха
семен андрею говорит
андрей молчит и как нарочно
больших пакетов в доме нет
в лесу мне как то повстречался
охотник до моих телес
вкус славы познал в этом мире шальном
иль принял судьбы злое скерцо
останься строкою хотя бы в одном
сердце
меня не пугают пути к типажу
в искусстве и мунка полотна
из комнат спокойно всегда выхожу
в окна
не бей по воробьям из пушки
ударь по ним системой град
какого чорта нужно мерить
отрежешь если всё равно
дрожит олег на полиграфе
пронзает пятки жуткий страх
всем стало ясно нету правды
в ногах
когда тебе я ставлю лайки
как лайка просто гавкаю
пожарный вася не подумал
что мощным может быть напор
нечайно смыл он полдеревни
и колокол у стен кремля
покуда унитаз меняли
канализацию и пол
привык я лифтом обходиться
но лифт сгорел и как теперь
я мог направить вас по следу
теряющемуся в песках
никто бы месяц не хватился
что мне мешало ничего
я вылезаю из скафандра
вокруг мой старый добрый мир
свет солнца запахи и чувство
что не достал до глубины
возьмешь двумя руками чашку
глотнешь и спросишь у меня
что значит полиамория
и я конечно объясню
когда меня убьют не бойся
ни в коем случае не плачь
и сделай вид что я не папа
точнее папа но не твой
зачем вы привезли в гвинею
свою изнеженную дочь
она ж руками за слонами
весь день не сможет убирать
когда ты мне дарил гантелю
в международный женский день
кто знал что я потом другому
ее на ноги уроню