а я встречал людей чьи попы
кричат и просят фотошопа
съев цитрус с краешка бокала
все занавески обсморкала
отметим первое апреля
пивасом с щукою... емеля?
вас ожидают энурезы
когда вокруг головорезы
а вон того вы с ямбом съешьте к
он из хорея перебежчик
вконтакте круче нет поэта
мои стихи всегда про это
казалось б женщины явленье
с известными повадками
но вот подика их попробуй
пойми
когда себя я обнаружу
под вашим ангельским крылом
в уста медовые цалую
челом
корнет чуковский пишет пасквиль
на тараканоморфного
и крайне злого генерала
сваво
опять болельщики с рогами
трубят мне спозаранку в скайп
устроили тут понимаешь
хорнпайп
купите лапти конденсатор
отличный выбор для ребят
неплохо держат марку форму
заряд
семён ильич захлопнул двери
и шумно выдохнул но чу
а можно я у вас тут пере
ночу
на днях мартышка удавилась
мы видим множество венков
от сотен любящих ужимок
прыжков
вот так гораздо лучше пётыр
сказал преемнику доцент
неналюбуясь на гербарий
плацент
вы мне не нравитесь по снимку
горячечноболезный вид
и холодец у вас в желудке
кипит
одним движеньем превратилась
в оригинальную жену
теть рита что дала по пьяни
в крыму
а над седой равниной моря
легко и гордо реет Дей
и глупый пингвин робко прячет
блядей
у заполярной пасторали
м едведь на берегу лежал
к авайных нету эскимосов
а жаль
грааль гранитный восхищенья
заполнившись слова отторг
потек за грань безмолвным медом
восторг
однажды в некотором царстве
однажды некто был царём
и нечто завелось однажды
на нём
зло очень древнее и злое
ко мне метнулось в свете фар
и обнажило скаля зубы
радар
мне нипочом приборы эти
щипцы паяльники ножы
а только вот боюсь до смерти
дожыть
на чаепитье в первом классе
андрей несет большой рулет
стас торт глеб сдобу а олеся
пакет
зухра зигзагами несется
и придает ей эту прыть
решение её камнями
побить
в углу заплачет мать старушка
тайком слезу смахнёт отец
спустя пять серий властелина
колец
я перенервничал подумав
что сел в одно купе с бомжом
а это был певец люк келли
с банджом
иван василичь с ником грозный
повздорив с сыном за столом
его скрутил и бил по морде
челом
мои синицы с журавлями
живут и дышат на верхах
но рассыпаются на перья
в руках
ты мне дарила ласку нежность
и вдруг в слияньи наших тел
я мендельсона неизбежность
узрел
она любила дождь и лондон
ваниль сигары карамель
а он плебейски в койку тащит
кобель