я в театральной постановке
втыкаю в лоб врагу иглу
и слева ктото мне кивает
в углу
нарочито кричит горобец
расшвыривая порошок
и синкопирует при этом
как бог
мое лицо смеять устало
улыбой губы уж порвал
и в гоготе моем дебилен
оскал
вонзил абориген немытый
нож с вилкой куку под ребро
тот шляпу снял сказал учтиво
добро
ты улыбаешься открыто
и даришь чорные цветы
но вглядываясь понимаю
не ты
выходит горностаев стая
к замёрзшим берегам реки
и ждут пока говно растает
хорьки
крадутся подлые наркоши
куда то тащат порося
придурок витька вшивый санька
и я
меня всерьез не принимала
всегда кокетливо смеяс
такая господа и дамы
фигня-с
на подоконнике у крузо
налился спелостью кокос
а тот что прячется в штанине
зарос
олег оксану приглашает
в какойто мрачный ресторан
швейцар официант и блюдо
баран
он в чемоданном настроеньи
пришел домой жена лежит
и гробовою тишиною
молчит
барталамью едва не плачет
жена разбила вазу минь
ну как такое на удачу
прикинь
плывут на айсберге пингвины
танцуют песенки поют
и цепляющихся по пальцам
клюют
в рубахе белой стас михайлов
перекрестит и отпоет
ну все теперь не страшно в небо
вперед
в мой рот ворвались спирохеты
расселись на краях зубов
а стрептококки атакуют
с боков
сусанин где твоя сусанна
пытают ляхи мужика
вот так вот прямо по болоту
пока
как только выпью этанола
то сразу углекислотой
смываю рвотные позывы
оцтой
а ваша заливная тоже
такая гадость просто жуть
несите мне она поможет
взгрустнуть
выходит на крыльцо егорий
чтобы в штанах поворожить
и как обычно не находит
етить
пилите шура эти гири
и этот щёголь ловелас
всё что осталось в этом мире
у нас
теперь берёшь барбитураты
прости ну этот порошок
и в чай две ложки размешаешь
милок
барон сказал не надо ядер
чем я к примеру хуже птиц
и в ствол загнал стальную пару
яиц
никто от смерти не спасётся
воскликнул леонард кокто
не будет вечных долбойобов
зато
как порошка добавлю в мясо
такая силища во мне
вот только жаль мешает ряса
во сне
привычно так арбуз надрезав
отпрянул в ужасе крича
с надреза кровь полилась струйкой
бычья
приходит ленин я с ночевкой
мы ляжем вместе в саркофаг
он переключит кавээн на
аншлаг
семь миллиардов на планете
как плодовита эта тварь
так уничтожь их что ж ты медлишь
мне жаль
обиженно надула щёки
хоть я и не при чём грустит
тогда леща и нежно в ушко
прости
чуть осень николай садится
на хлебобулочный комбайн
он очень любит его запах
дизайн
пред гробом тещи убиенной
нет радости в глазах моих
нет зря она критиковала
мой стих