почти что вымыла посуду
когда ты сзади подошел
и только что помытый штопор
ввинтил мне в грудь и потянул
дрезина движется в тумане
на стыках издавая свист
волна упругих деформаций
бежит по лицам ездоков
неспешно проплывают двери
вдаль по течению ковра
я терпелив я выжидаю
когда одна из них зевнёт
рай выдается в ипотеку
одно благое дело в день
и через двадцать лет в расчете
но если кризис то как знать
ад выдается в ипотеку
одно дурное дело в день
и через двадцать лет в расчете
а пользоваться прямо щас
смотрю вокруг и удивляюсь
неужто эта вот фигня
осуществляется посредством
меня
круговорот семейных денег
заканчивается на мне
и я довольна этим фактом
вполне
олег купил на распродаже
ни с кем несовместимый секс
оксану чувства окрылили
настолько поцелуй был сладк
и нежно трепетали крылья
прокладк
в ту зиму все нещадно мерзли
герасим же муму топил
я выпадаю из депрессий
я в них ненужная деталь
рассмотрим на примере зои
желудочнокишечный тракт
и атавизм аппендицыта
пришельцу игорь говорит
лежыт на рельсах иннокентий
теперь он полупроводник
в окно влезает анатолий
с букетом лилий и вином
прозектор мрачно вы ошиблись
окном
я красной шапочки бабуля
я столько лет жила не с тем
пока волчара не шепнул мне
je t'aime
все первые разы истратил
и первый вздох и поцелуй
последний первый раз остался
приберегу его к концу
я вчора півня зарубала
ну точно кури заклюють
заходжу в хлів вони гуляють
і п'ють
с губами я погорячился
коричневый мне не идет
накрашу красным красный лучше
с фуражкой смотрится моей
олег шырокую улыбку
домой с концерта не донёс
ему в подьезде глаз подбили
и нос
вот горизонт целует солнце
вечерний зажужжал июль
вдруг захотелось абрикосов
и юль
под медным тазом на балконе
все отпуска за десять лет
олег унес с собой пинкоды
унес пароли номера
кредитных карт и завещанье
вступило в силу наконец
похоже море на вагину
скравает тайны и манит
вот только мыть вагину надо
а море хорошо и так
когда я говорю о благе
я вспоминаю прошлый год
когда племянник обезглавил
и приготовил нам лося
о боже как же неудобно
подумал путин разведясь
никто носки не постирает
никто не приготовит борщ
толстяк с блаженною улыбкой
поёт в метро прикрыв глаза
порой откроет глянет вздрогнет
закроет и опять поёт
я тихий скучный незаметный
невзрачный серый порошок
лежу всю жизнь забившись в щёлку
и всю то жизнь чего то жду
и как я ни старалась тихо
но кружка звякнула о стол
теперь ты знаешь я готова
и достаешь виолончель
мечтаю превратиться в кошку
чтоб на работу не пойти
и на душe весь день у шeфа
скрести
когда устанешь улыбаться
к душе израненной пришей
улыбки контуры до самых
ушей