мечты подарки и улыбки
и дальше мысли чередом
фата колечко крики горько
роддом
я был в плену меня держали
в аквариуме с молоком
лишь по большому выводили
на волю в ближние холмы
конечен срок абонементов
на жизни даже у морей
не избежать и им мементов
морей
вы мне стихи свои читали
бубубубу бубубубу
а пушкин медленно вращался
в гробу
потомок тех кто не спалился
с джордано в средние века
для пыток нынешних придумал
вэ ка
мне снятся юные пельмени
пасущиеся на лугу
ну как я их отдам на ужин
врагу
барон убейте мне дракона
и так уже идёт молва
что я как дура в двадцать пять не
вдова
когда порвав все связи с миром
в уединении живёшь
то первыми уходят книги
и на растопку и вобще
аркадий раздает визитки
с одним лишь словом пидарас
друзья смеются а никита
украдкой прячет в портмоне
пилот а где твоя пилотка
не та что комкаешь в руке
а та что гладишь расставаясь
и надевая ту что мнёшь
ныряет в прорубь анатолий
выныривает николай
но выглядит как анатолий
и всё же это николай
застывшие в нелепых позах
лежим на выжженном полу
и смотрим как плывут пылинки
в последнем солнечном луче
бывают люди на которых
глядишь и думаешь что вот
быть ненавидимым такими
всегда ответственность и честь
в костюмах милиционеров
висящих ночью по шкафам
полгода прятался успешно
питаясь звёздами с погон
твоё спасение лендровер
ивану на ухо шептал
замаскированный лягушкой
автомобильный продавец
на трёхколёсных ягуарах
гоняют дети по двору
насилу мы с женой живыми
дошли за пенсией в собес
познав тропические ливни
цунами и девятый вал
я утонул в кофейном небе
твоих бездонных карих глаз
разбито сердце антонины
не как тарелка иль кувшин
а как огромная палатка
на светлом берегу реки
кащей еще когда был смертным
любил побаловать гостей
нафарширует зайца уткой
и просит яйца есть иглой
в клуб анонимных феодалов
необходим немой аббат
звонить по пятницам субботам
в набат
слезами горю не поможешь
и водки столько не купить
хотя ещё раз гляну что там
в загашнике и кошельке
на дне рождении у аллы
филипп наелся и уснул
стишок читать на табуретку
влезает радостный максим
карета в тыкву превратилась
исчезла тройка лошадей
и стала золушка арбузом
но принца было не унять
господь мне не даёт покоя
далёкий сорок первый год
придумай что нибудь другое
твой ход
гляди как солнце с океаном
играет аж в глазах рябит
мы тонем долбаный романтик
греби
когда я мысленно слюнявлю
слона упавшего с луны
мне постоянно не хватает
слюны
верните землю под ногами
ведь я не ангел и без крыл
я просто для себя отцовство
открыл
нет двойня мне не по карману
сказала грустно кенгуру
на холодильнике у глеба
наклейка восемнадцать плюс
я открывать его не буду
боюсь
указ царя ко всем телегам
для бедняков и прочих масс
по умолчанию прикручен
глонасс